Сказано на «Радио 1»
21 апреля в 15:50

Андрей Свиридов об опыте работы в Голливуде, Гене из «Универа» и народной любви

Гостем нового выпуска шоу «Маршрут построен» на «Радио 1» стал белорусский спортсмен, актёр Андрей Свиридов. В интервью он  рассказал о том, каково это – быть самым известным охранником в стране, и как на съёмочной площадке он чуть не убил своего партнёра по фильму. Атрист также раскрыл свой лайфхак, как успешно пройти актёрские пробы в Голливуде, и почему он не обижается на режиссёров, которые дают ему играть роли охранников и злодеев.

©   yandex.ru

Андрей: Здравствуйте, друзья! Кому-то имя и фамилия Андрей Свиридов ни о чём не говорят, но я уверен, что большинство из вас видели сериалы «Универ» и «СашаТаня» – и вот этот огромный охранник Сильвестра Андреевича – Гена – это я! Большинство из вас узнают меня по этой роли. Гена – это уже моё второе имя и самая узнаваемая моя роль. Проекту одиннадцать лет, столько же и моему персонажу. Так вышло, что самый первый «Универ» стал первым российским ситкомом. Для продюсеров канала ТНТ это был первый подобный опыт, и, к счастью, всё получилось, народ его полюбил.

Наверное, впервые я осознал масштаб «бедствия» (смеётся – прим. автора), когда, спустя лет пять после запуска проекта, начал путешествовать по стране. Прилетаю как-то во Владивосток, еду в Находку, останавливаюсь перекусить в кафе. В это время заходит туда мужик, работяга лет шестидесяти, весь в мазуте. Смотрит на меня и восклицает: «Да ладно! А что вы здесь делаете». Я в ответ интересуюсь, мол, неужели и вы смотрите эту молодёжную передачу. Он говорит: «Ой, моя старая не поверит, что я вас встретил!». Знаете, в тот момент было настолько непривычно и необычно понять для себя, что не только молодёжь смотрит, но и старшее поколение. А это, читайте, уже вся страна!

Наверное, это уже народный персонаж. 

Андрей: Да! Гена – это уже «свой братан». Многие так и говорят, что я сними уже давно живу. Всё-таки, одиннадцать лет – это срок!

У Гены появилась всё-таки девушка или нет?

Андрей: Гена как скала. Пару сезонов назад были попытки, намечалась история, как Гена влюбляется и пробует развивать отношения. Но потом всё это как-то быстро оборвалось. Не хотят Гену делать счастливым. Потому что он должен делать счастливыми других!

Бывало ли когда-нибудь за эти одиннадцать лет, что ты уставал от своего персонажа?

Андрей: Скорее не от персонажа, а от обратной стороны медали. От узнаваемости. Есть у меня очень личная история. Я бы назвал это точкой переворота, потому что именно она поставила всё на свои места.

Девять лет назад не стало моего отца. Похоронами в Могилёве тогда занимались агентства. И вот, представь ситуацию: в дом заносят гроб, потому что должно было пройти отпевание, и мужчина, который занимался организацией похорон, проходя мимо меня, попутно просит меня сфотографироваться с его дочкой.  Напротив меня стоит ребёнок, рыжее чудо лет одиннадцати, светится от счастья – она же увидела Гену.

А во мне в этот момент всё настолько горело. Я прям думал, стукнуть мне этого мужчину или нет. Но я снова на девочку глянул и понял – вот она, обратная сторона медали. Никого не волнует твоё горе.

И что ты сделал?

Андрей:  Я сфотографировался с девчонкой и спросил, довольна ли она. Ответила, что да. Дал ей «пять» и пошёл по своим делам.

Тот момент стал отправной точкой, которая ставит на место все твои амбиции, что ты такой крутой и все тебя узнают. С тех пор все фотографии со мной я называю «фото с обезьянкой». Поменял к этому своё отношение. Единственное, теперь я начал спрашивать, знают ли люди, как меня зовут.

Вообще, мои поклонники делятся на три категории: те, которые подходят и говорят – Андрей Николаевич; те, которые подходят и говорят – Гена; и те, которые подходят и говорят – «Ты же этот… Который в «Интернах» снимался».

Очень часто, в больших магазинах, когда подходит юноша или девушка с родителями и просят сфотографироваться, я всегда говорю: «С удовольствием! Как меня зовут?». Если это вызывает у них ступор, то я продолжаю: «Молодой человек, у вас есть телефон, я пока здесь, посмотрите в интернете. Тогда вы как минимум будете знать, с кем сфотографировались». Я смотрю на оценку родителей, они всегда одобряют.

Я считаю, нужно немножко больше времени уделять молодёжи, что я и пытаюсь сейчас делать в свободное время. Встречаюсь с ними, веду дискуссии и дебаты.

Что это за встречи?

Андрей: Они разные. Как правило, подобные встречи организовывают люди, с которыми я работаю. Они называются «Один на один» и «Диалог без галстука».

«Диалог без галстука» с кем?

Андрей: В основном, студенты. Организаторы встреч проводят соцопрос и потом мне отзваниваются с предложением, готов ли я провести встречу. Я всегда с удовольствием идею поддерживаю.Я вообще считаю, что если мы не будем делиться своим опытом с молодёжью, то её надо будет спасать.

Расскажи, как ты оказался в Америке в то время, когда все о ней просто мечтали, грезили?

Андрей: Я занимался баскетболом. Он мне был предначертан судьбой, потому что как я ни упирался в детстве, видно был, что вырасту я высоким. Тренер за мной бегал, прям настаивал, чтобы я занимался баскетболом.

В итоге я попал в молодёжную сборную Белоруссии по баскетболу. После того, как мы стали чемпионами Европы, всю команду буквально расхватали. Мы были первыми ласточками, улетевшими в Америку учиться в университете имени Джорджа Вашингтона и выступать за заведение, то есть принимать участие в студенческой лиге. Три с половиной года я играл в баскетбол. Так что первый этап моей жизни в США был спортивным.

Там хорошая стипендия была?

Андрей: Мы на руки получали 300 долларов в месяц на питание. Но за нас платили. Вообще, что такое стипендия? Тебе оплачивают обучение 25000 долларов в год, проживание и на руки дают 300 долларов.

Это большие были деньги для тебя на тот момент?

Андрей: Этого хватало на поесть, но этого не хватало на пожить. Когда ты учишься, ты часть команды, часть системы. О тебе заботятся. А когда спорт заканчивается, ты становишься никому не нужен. Вся твоя жизнь, которая у тебя была до этого момента – о ней можно забыть, просто поставить крест. Всё закончилось, и нужно жить дальше. А как это делать, ты не знаешь.

И что ты сделал?

Андрей: Поверил в судьбу! Тогда у меня только закончился спорт, и я особо ещё ничего не хотел. Стоило только принять решение, как знакомые тут же предложили поехать с ними в Германию, поработать в охране. Буквально через пять дней я уже был там. Ох, меня же тогда во вторую ночь чуть не зарезали!

Что это за история?!

Андрей: С концертом приехала группа «Руки вверх». В маленький клуб на 800 человек набилось 1300 гостей. В какой-то момент началась драка, я пытался растащить людей. И тут внезапно прямо у моего горла пролетает осколок пивного стакана. Я увернулся, работу свою выполнил. Адреналин накрыл уже потом. Сразу, конечно, я не понял, что произошло.

Этот момент в Германии был очень своевременным и нужным. Процесс самобичевания у меня прошёл очень мягко, потому что я был занят делом, новым для себя, а именно клубом. Решение попробовать свои силы в Америке, осуществить свою мечту, а именно сниматься в кино в Голливуде, далось легко.

Я вернулся из Германии домой, в Могилёв, у меня уже было высшее образование, полученное в Штатах. Помню, мама спрашивала, чем я буду заниматься. Ответил, что поеду в Америку и буду сниматься в кино.

В США я базировался в Вашингтоне, но судьба привела меня в Лос-Анджелес. Там вот что важно понимать. Чтобы начать сниматься в кино, у тебя должен быть агент. А чтобы у тебя был агент, ты уже должен сниматься в кино. И я попал в этот замкнутый круг. Помню, как мне после первого кастинга сказали, что подумают и перезвонят. Тогда я подумал, а не сошли ли они с ума! Будут думать, работать ли со мной?! Это я должен думать, работать ли с вами!

Всем начинающим актёрам на заметку – вот как следует думать, если вам отказали или сказали «Мы подумаем»!

Андрей: На следующий день мне позвонили и сказали, что хотят со мной работать. И тут я ответил, что теперь моя очередь думать. Так началась моя работа в Голливуде. У меня были всё – и менеджер, и агент. Не было только актёрского образования.

Ты сам решил его получить или кто-то посоветовал?

Андрей: Есть такой актёр Джеффри Фейхи, вы можете знать его по фильму «Газонокосильщик». Мы очень сдружились с ним в какой-то период. Это он сказал, что мне нужно идти учиться. У меня на тот момент была бешеная уверенность в себе, но не хватало опыта. Он взял меня за руку и отвёл учиться, представил педагогам.

Давай немного отойдём от маршрута. Ты уже сказал, что Могилёв – твой родной город. Знаешь ли что-нибудь о его побратимах?

Андрей: Немного что-то слышал, но не буду врать.

Города-побратимы – это города, которые договорились друг другу помогать, как-то содействовать. Обмениваться опытом, знакомиться с жизнью, историей, искусством и культурой друг друга. И у Могилёва есть город-побратим – подмосковный Звенигород. Я предлагаю тебе поиграть. Почти как в карты. Первая «карта» – раздел музеи. Я называю музей в Звенигороде, а ты «бьёшь мою карту» и называешь музей в Могилёве.

В городе Звенигород есть «Музей русского десерта», он находится в старом особняке. Там ты можешь не только узнать историю русского десерта, но и попробовать лакомства на вкус, запивая их чаем из самовара.

Андрей: В Могилёве подобного музея нет, но у нас есть площадь Славы. Там стоит памятник женщине, называется он «Крылатая». Мы звали ее «Жанна, бегущая с Лавсана». Потому что в том направлении был завод «Лавсан», и его постоянные непонятные зловонные выбросы газа. Жутко воняло. Поэтому так и называли между собой этот памятник. И рядом там ещё был белорусский художественный музей, куда в школьные годы нас всем классом водили.

А какой есть ещё памятник?

Андрей: Ленину (смеётся – прим. автора)

Так не честно, памятник Ленину есть в каждом советском городе. А в Звенигороде есть дом Чехова, где он жил не только во времена, когда были написаны его пьесы, но и когда он ещё работал врачом Звенигородской больницы.

Андрей: А в Могилёве есть дом Андрея Николаевича Свиридова.

А в Звенигороде есть «Купчий двор», где проходят главные мероприятия и ярмарки города.

Андрей: У нас есть площадь Ленина, где происходят все главные праздники и ранок, где происходит тоже бурная жизнь.

В Звенигороде находится Храм Александра Невского. Ему более ста лет. Храм создавался на пожертвования звенигородцев. Стиль – эклектика, в ансамбль зданий включены трапезная и колокольня.

Андрей: Ещё у нас есть Свято-Никольский женский монастырь. (Главный храм монастыря – Никольский собор – включён ЮНЕСКО в список наиболее ценных архитектурных объектов, построенных в стиле барокко – прим. автора). Это действующий монастырь, он обладает бешеной энергетикой. Люблю заглянуть туда, когда приезжаю домой.

Маршрут перестроен. Возвращаемся снова к нашей теме. Хочу поговорить про твою семью. Твоя мама – бухгалтер. Папа был преподавателем русского и белорусского языков. Кстати, он вёл у тебя эти предметы?

Андрей: Нет, но он вёл занятия в школе, которая открылась напротив моей, в нашем районе у моих одногодок. И половина из нашей школы перешли туда.  Я как раз учился классе в четвёртом или в пятом. Помню, как находил тетрадки своих бывших одноклассников, а папа мне давал карандаш и говорил: «Давай поправляй, если найдешь ошибки!».

Когда ты возвращаешься домой, что самое вкусное тебе готовит мама?

Андрей: Это пшённая каша с котлетами.

А как же драники?

Андрей: Их часто ем, когда выхожу с друзьями куда-то в кафе. Вот там уже и драники, и колдуны.

Как выглядят колдуны?

Андрей: Они как драники, только толще, и внутри мясо. Почти как беляш, только не в тесте, а в картошке.

Твой рост 212 сантиметров. Как ты находишь себе кровать? С этим есть проблема?

Андрей:  Сейчас нет. Давно уже без проблем, с тех пор как начали завозить продукцию из Европы. Кровати без спинки.

А у нас впереди камера на 60, а это значит, что мы одним глазочком заглянем в твой Инстаграм. У тебя в Инстаграм очень много картинок с такими глубокими фразами, например: «Не спешите вытаскивать людей из грязи… Возможно, это их естественная среда обитания», «Крысы страшно злятся, если корабль, с которого они сбежали, не тонет», «Нужно уметь отказывать людям. У них есть свойство наглеть», «Когда не знаешь, как поступить, поступи по-человечески», «Мало тех, кто по-настоящему за тебя рад. Помни об этом», «Иногда всё держится только на вере в себя». Читая эти посты, складывается ощущение, что тебя часто предавали.

Андрей: А кого из нас не предавали? Тебя не предавали? Я уверен, что всех предавали. Просто смотря в каких ситуациях.

Но почему ты это так транслируешь на своей странице подписчикам?

Андрей: Я считаю, что моим подписчикам, моим зрителям не интересно видеть только моё лицо каждый раз в инстаграме. Там есть, конечно, и что-то смешное. Но я считаю, что это немножко неправильно постоянно выкладывать только себя. Если мне понравилась какая-то мысль, я хочу ей поделиться. Почему нет? Глупо постоянно как обезьяна с телефоном: «Я, я, я!».

То есть для тебя социальные сети – больше чем просто фото, это твой способ общения, твой диалог с подписчиками о чём-то большем

Андрей: Я увидел, мне это понравилось. Я поделился.

Андрей, напомни сколько тебе лет?

Андрей: Совсем скоро будет 45.

У тебя кот, его зовут Сильвестр Андреевич, ты свободен и детей пока нет?

Андрей: Детей очень хочу, но пока нет.

Через десять лет где ты себя видишь?

Андрей: Не вижу. Все это мы проходили в университете, я помню. В первый день семестра у нас был такой предмет стресс-менеджмент. Нас там готовили к реальной жизни. Помню, как раздали листочки и попросили написать, где мы видим себя через пять лет. А потом на последнем занятии нам их раздали и у 95% поменялось видение себя.

Я понял одно, что нужно жить сейчас. Хотелось бы, наверное, жить большой и счастливой семьёй. Буду ли я сниматься в кино? Возможно. В Голливуде, в Китае, у нас? Возможно, что везде! Буду ли я работать с детьми? Хотелось бы. Хотелось бы отдать то, что в меня вложили в своё время. Долгие мотания от Голливуда до нашего кино, моменты достижения своей цели – передать все это молодёжи. Это, наверное, мне сейчас более интересно, чем кино. Оно стало работой, тут я получаю деньги. Сам момент общения с юным поколением, когда ты к ним приходишь как Гена, а уходишь как дядя Андрей. Был лицом с экрана, а стал своим – вот что важно!

Где я себя вижу через десять лет? Я надеюсь, что всё будет безумно круто и весело! Главное – весело и в кругу близких людей, чтобы рядом была и мама, и сестрёнка, и любимая женщина, и детишки.

Скажи, тебя сравнивали с таким великим советским актером Романом Филипповым?

Андрей: Я сейчас наглядно не вспомню его.

Вы даже внешне немного похожи. Он был таким же богатырём. Он играл в фильме «Три толстяка», «Джентльмены удачи» – много разных ролей, но все эпизодные. Не было главных. Но при этом он был народным любимцем! Такая народная любовь, которая есть сейчас у твоих персонажей. Скажи, если вдруг так случится, что у тебя так и не будет главной роли, сможет ли эта народная любовь заменить тебе её отсутствие?

Андрей: Народная любовь – это круто! А вообще, знаешь, мне не важен финальный результат, как ни странно. Мне интересна сама дорога, сам путь к тому, о чём мечтаю. А добившись цели, я начинаю заниматься чем-то другим. Ну разве что, если есть момент роста, после того как пришёл к цели, то да. А если нет, то переключаюсь на другое.

«Маршрут построен». Выпуск №2. Гость – Андрей Свиридов

«Маршрут построен». Выпуск №1. Гостья – Нонна Гришаева

Нонна Гришаева о детстве в Одессе, семейных ценностях и силе интуиции

Евгения Синицкая




Популярное на «Радио 1»
16:04 - 16:30
Открытая студия. Открытое правительство