Сказано на «Радио 1»
15 сентября в 16:47

Евгений Князев: «Практически невозможно найти педагогов, подобных первым ученикам Вахтангова»

Евгений Князев: «Практически невозможно найти педагогов, подобных первым ученикам Вахтангова»
©   Екатерина Саблина

О том, какова миссия руководителя одного из лучших театральных вузов страны, чем сегодня живёт Институт им. Бориса Щукина и как адаптируется к новым реалиям, в эфире «Радио 1» рассказал его ректор, народный артист России Евгений Князев. Актёр театра и кино стал гостем нового выпуска программы «Синемания. Высшая лига».

С: Евгений Владимирович, расскажите о своих педагогах. Что за люди вас сформировали?

ЕК: Вопрос этот, конечно, чрезвычайно трогательный, поскольку именно педагоги формируют человека. То, с кем ты встретишься и как тебя направят, влияет на то, как пойдёт твоя жизнь.

Совсем скоро наш институт будет праздновать очень значительную дату, но она не юбилейная. Самому вузу исполняется 107 лет. А наша гордость – столетие Театра им. Евгения Вахтангова. Он образовался из театральной студии в далёком 1921 году. Сам же институт был основан в 1914 году, причём сразу как учебное заведение.

В начале ХХ века было много всевозможных студий и театральных кружков. Модно было после занятий идти туда, а не в кафе. В какой-то момент несколько студентов московских вузов собрались, чтобы сделать свой спектакль. Для этого они позвали Евгения Вахтангова в качестве режиссёра. Он на тот момент был просто учеником Станиславского и ещё не стал столь известен.

И вот он пришёл и увидел, что собралась группа людей, которая не имеет к театру никакого отношения. Ставить спектакль было трудно, Вахтангов говорил студентам о том, что им необходимо хоть немного обучиться актёрскому мастерству. В итоге они поставили спектакль «Усадьба Ланиных», но он провалился. Критики отзывались о постановке весьма негативно. Эта информация дошла до самого Станиславского, он буквально запретил Евгению Багратионовичу ставить спектакли.

В итоге студенты, которые чувствовали свою вину, убедили Вахтангова начать с ними заниматься. Так, 23 октября 1914 года им была прочитана первая лекция по теории актёрского мастерства по системе Станиславского. Так этот день стал днём рождения нашей школы – Щукинского училища. И вот как раз моими педагогами стали первые ученики Вахтангова – Вера Константиновна Львова и Александра Исааковна Ремизова.

С: В чём вы видите свою миссию в качестве ректора Театрального института имени Бориса Щукина?

ЕК: Моя миссия – сохранить эту школу, чтобы она была. Чтобы мы выпускали высокопрофессиональных артистов, чтобы они были оснащены всеми инструментами. Чтобы наше училище гордилось своими выпускниками так же, как это происходит последние сто лет.

С: Ректора назначают или выбирают?

ЕК: Выбирают. У меня было уже четыре выборных кампании.

С: То есть ректора училища выбирают, а художественного руководителя театра назначают?

ЕК: Не обязательно должно быть именно так. В уставе каждого учреждения прописан порядок того, как оно существует.

С: В связи с пандемией прослушивания в театральные вузы проходили в онлайн-формате. Насколько сложно было вот так отбирать будущих актёров?

ЕК: Безусловно, сложно. Когда всё закрылось на карантин, у нас как раз должна была начаться приёмная кампания, потому что к нам обычно очень большой конкурс. Прослушивания мы, как правило, начинаем в марте. Не знаю, какой здравый смысл и кому подсказал, но мы тогда решили отсматривать именно видеовизитки.

Прописали детали, попросили абитуриентов прочитать на камеру басни, стихи или прозу, рассказать немного о себе. Сначала материала было немного, но в какой-то момент на нас обрушился шквал заявок со всей страны. Вместо одного специалиста, который их обрабатывал, мы поставили сразу человек восемь. Отмечу, что в таком формате работать труднее, нежели чем вживую. Здесь есть страх ошибиться и обидеть человека.

Всего мы получили более 4000 обращений. Это гораздо больше, чем бывает обычно. Что интересно, заявки приходили из таких далёких мест России, откуда ребята вряд ли бы смогли приехать на очное прослушивание. И, знаете, к нам поступили из таких глубинок.

С: Как институт начал учебный год? Что изменилось на фоне ситуации с ограничениями и есть ли у вас сейчас дистанционные занятия?

ЕК: Весь прошлый семестр у нас прошёл дистанционно. Было непросто, но кое-что полезное мы для себя почерпнули. Теперь в учебный план входят работа над монологами и их запись на камеру.

С: Образование в Щукинском училище – не застывшая форма. Оно постоянно меняется. В своё время там был придуман и введён курс артиста музыкального театра. Для чего это понадобилось?

ЕК: Он возник не случайно, а естественно. Вокалу в Щуке всегда придавали особое значение. На выпускных курсах почти всегда ставили какой-нибудь музыкальный спектакль. Это вошло в традицию. Как-то на одну такую постановку заглянул директор Театра оперетты Владимир Тартаковский. То, что он увидел и услышал, его вдохновило, и он предложил набрать курс специально для его театра. С тех пор мы выпустили уже три потока.

С: Почему вы решили принять участие в проекте «Живые мемории» и сами ли выбирали себе персонажа?

ЕК: Всё случилось благодаря замечательному журналисту Ирине Разумовской. Мы знакомы очень давно, она училась в одном классе с моей дочерью. Так что я помню её первые робкие шаги в профессии, как она снимала репортажи, как стеснялась, как приходила к нам в театр. Позже она стала прекрасной ведущей и продолжила творчески расти.

Некоторое время назад, вместе со своим братом Михаилом она придумала проект, который повествует о забытых именах, составивших славу России. Мне эта история показалась весьма интересной, и я предложил ребятам свою помощь. Они попросили меня прочитать кое-какие воспоминания.

Следом случилась пандемия. Удивительно, но Ира и её команда смогли в это трудное время собрать достаточно серьёзных артистов и записать всё, что задумали.

Мне показалось, что нам это очень нужно. Человек тогда и есть человек, когда он помнит свою историю. Страна тогда может быть сильной, когда у неё есть прошлое, которым можно гордиться. Князь Львов, доставшийся мне, был председателем временного правительства и какое-то время руководил страной. Как персонаж он показался мне очень интересной фигурой.

С: В своё время вы блистательно сыграли Бориса Пастернака. Каково это, прикасаться к столь значимым фигурам?

ЕК: Я очень рад, что такая роль есть в моей биографии. Прикоснуться к таким большим, серьёзным людям – глубокая история. Там было, что играть, и мне всё это пришлось очень по душе.

С: Как вы реагируете, когда люди подбегают к вам и кричат «Мессинг»?

ЕК: Нормально, я вообще ничего не боюсь и никак к этому не отношусь. Сегодня подобное есть, завтра уйдёт. А мне нужно оставаться человеком, сосуществовать с людьми.  Большинство из них ведёт себя тактично, они здороваются и улыбаются. Иногда робко просят сфотографироваться. Кто-то может спросить, я ли это.

С: Евгений Владимирович, позвольте задать вопрос от нашего информационного партнёра – журнала «Театрал». В этом году исполняется 100 лет Театру им. Евгения Вахтангова. В каких проектах, посвящённых юбилею, вы принимаете участие, и готовят ли что-то к этой дате ваши подопечные – студенты Института им. Щукина?

ЕК: У нас весь год будет юбилейным. Начинается он с открытия памятника Евгению Багратионовичу Вахтангову у здания театра. Также там прошла колоссальная реконструкция сцены, обновили все штанкеты. Теперь всё будет подниматься и опускаться максимально бесшумно. А что касается репертуара, то, даст бог, мы будем играть его весь.

С: Как вы относитесь к тому, что студенты Щуки начинают сниматься в кино, пока обучаются в институте? Ваши предшественники на подобное реагировали довольно негативно.

ЕК: Реалии сегодняшнего дня совершенно другие. Не стоит сравнивать с тем, что было раньше. Тогда была специальность, нужно было умудриться поступить, выдержать конкурс, попасть на бюджет. Сейчас только ленивый не открывает у себя в вузе театральное направление. Сегодня в России существует 27 непрофильных заведений, которые ведут подготовку по нашей специальности, и это ужасно.

Практически невозможно найти педагогов, подобных первым ученикам Вахтангова. Нет толком тех, кому можно было бы доверить школу и преподавание специальности. За 20 лет на посту ректора я отобрал буквально семь или восемь молодых людей, которые были бы на такое способны.

Когда в каждом непрофильном вузе появляется такая специальность, я задаюсь вопросом – где они взяли педагогов. Или это так просто, и они считают, что, раз ты где-то поучился, то можешь преподавать. Нет, это совсем разные вещи. Так что тут я опять возвращаюсь к вопросу о своей миссии. Я хочу сохранить школу, чтобы она была качественной и чтобы люди там обучались истинной актёрской профессии.

©   Екатерина Саблина
«Синемания». Эфир от 11.09.2020 г. Гость – Евгений Князев
Екатерина Тимошенко


Популярное на «Радио 1»
17:05 - 18:00
Самое время!