4:00 Открытая студия
Телефон прямого эфира:
8 495 252 01 15
WhatsApp
+7 966 032 58 32
Войти
4:00 Открытая студия
Слушать прямой эфир
Смотреть
Телефон прямого эфира:
8 800 100 51 01
WhatsApp:
+7 966 032 58 32

Яндекс.Метрика
Погода:
-6°C
Сб 29 января
Курс валют:
USD: 77,82 +1,13
EUR: 86,64 +1,83
COVID-19 в Московской области:
Заболело:
Выздоровело:
За сутки:
22:55 Как стать участником благотворительного проекта «Пёс на счастье» 22:46 Учёный: «Вакцины и лекарства от ВИЧ появятся не ранее чем через 10 лет» 22:12 Политолог оценил эффективность антиковидных ограничений в Москве 21:44 Депутат назвал главное условие введения локдауна из-за коронавируса 21:14 В Подмосковье не ожидается устойчивых оттепелей до конца зимы 21:14 Компания из Дубны запустила производство экспресс-тестов на коронавирус 20:14 В Госдуме предложили принять меры на случай побега педофилов-рецидивистов 19:57 Сертификаты на покупку жилья вручили трём семьям из Дмитрова 19:35 Росгвардейцы задержали в Котельниках засевшего в квартире убийцу 19:21 Токсиколог объяснил, как при рентген-исследовании можно отравиться барием 18:29 Мошенники обманули саксофониста Бутмана на 3 млн рублей при заказе мебели 18:18 Зоопсихолог рассказала, что делать при нападении собак 18:13 Директор приюта рассказала, как можно решить проблему бродячих собак 17:22 Подмосковных студентов-медиков привлекли к работе на горячей линии 122 17:10 Интернет-омбудсмен рассказал, как защитить счет в банке от мошенников 16:50 Депутат Бурматов предложил запретить самовыгул собак 16:12 В Госдуме назвали главную причину бедности в России 16:00 В Госдуме рассказали, как решить проблему бедности 15:49 В Подмосковье отменят транспортный налог семьям с детьми-инвалидами 15:18 «Лучшее время и место». Веснина оценила шансы Медведева выиграть Australian Open

«Нет таких вещей, которые я могу себе запретить». Иван И. Твердовский – о режиссуре и кино

05 октября 2020 09:01
Добавить сайт в избранное в:
Img

Совсем скоро, 22 октября, в российский прокат выйдет новый фильм Ивана И. Твердовского «Конференция». Он расскажет о последствиях трагических событий 2002 года в театре на Дубровке, где во время показа мюзикла «Норд-Ост» террористы произвели захват заложников. В начале сентября картина была представлена в независимой программе кинофестиваля в Венеции. А сразу после завершения биеннале отправилась в Сочи на «Кинотавр-2020». Там она получила приз в номинации «Лучший сценарий».

О том, как европейская публика приняла ленту, какую задачу ставил перед собой режиссёр, взявшись за столь непростую тему, и в чём сегодня состоит главная трагедия «Норд-Оста», Иван И. Твердовский рассказал в эфире программы «Синемания. Высшая лига».

С: Иван, смотреть ваши ленты иногда бывает физически больно. Вы нарочно так делаете?

ИИТ: Скорее всего, это связано с тем, как я представляю себе кинематограф. Для меня это не развлекательная история. Для этого существуют другие виды зрелищной аудиовизуальной продукции. А кинематограф – это вид искусства. Так меня учили в семье, так было в школе и тем более во ВГИКе. Это, пожалуй, самая консервативная организация по воспитанию режиссёров, которая может быть. Поэтому я в каком-то смысле был заложником того, как следует воспринимать кино.

С: Можно ли, делая людям больно, прийти к свету?

ИИТ: Я не ставлю задачу делать людям больно. Содержательный кинематограф так или иначе поднимает сложные, проблемные темы и действительно провоцирует зрителей.

С: Существует ли, на ваш взгляд, связь между кассовыми сборами и качеством фильма?

ИИТ: Если мы говорим про кассовые сборы, то это в первую очередь касается развлечений. Они бывают очень разного толка, и качественными тоже. Но именно с точки зрения какой-то культуры это может быть нечто безумно вторичное, что-то, что через три недели забудут. Какой-то очень легкий жанр. Но мы же понимаем, что фильмы должны быть разными.

С: А на авторском кино можно зарабатывать?

ИИТ: Авторское кино в этом смысле зарабатывает гораздо дольше. Например, моя дебютная картина «Класс коррекции» окупилась спустя пять лет после выхода. Это называется длинный прокат.

С: Иван, кто вложился в фильм «Конференция»?

ИИТ: Не вложился никто. Мои отчаянные продюсеры думали, что история привлечёт внимание потенциальных инвесторов. На нашей стороне была моя фильмография и достаточно сильный сценарий. Но этого не случилось. Поэтому поддержку мы собирали по всему миру, очень долго и кропотливо, на различных питчингах и в фондах. Так что, могу сказать, что «Конференция» – продукт четырёх стран.

С: Обращались ли вы за помощью в министерство культуры и Фонд кино?

ИИТ: Конечно же, мы обращались в министерство культуры. Тем более, что предыдущие мои картины были им поддержаны. Но в этот раз эксперты, которые там сидят, посчитали, что фильм не заслуживает поддержки. Я сейчас не хочу демонизировать эту организацию, но вышло как вышло.

С: Ваша новая работа напоминает об одной из самых болезненных и горьких страниц в жизни современного российского общества. Почему, на ваш взгляд, остальные отечественные режиссёры неохотно берутся за подобную тематику?

ИИТ: Это такая странная тенденция нашей культуры. В мире существует большое количество сложных исторических событий, относительно которых постоянно происходит какая-то рефлексия. Это нормальное явление. Просто нашим людям нужно больше времени, чтобы дистанцироваться и переварить то, что с ними происходит.

С: В чём, на ваш взгляд, главная трагедия «Норд-Оста»?

ИИТ: С момента трагедии прошло почти 18 лет. За это время в жизни людей, которые были в заложниках у террористов, и тех, чьи родные и близкие там погибли, мало что изменилось. Ими никто не занимается. Когда наступает памятная дата, об этом практически никто не вспоминает. В жизни этих людей никто не участвует. И подобных трагедий в нашей истории много. Для меня самое страшное заключается в том, что с людьми никто не вступает в коммуникацию после таких событий. 

С: Советовались ли вы с психологами при написании сценария, чтобы узнать, как человек переживает внутри себя этот посттравматический синдром?

ИИТ: У меня была попытка понять этот момента. Когда я общался с бывшими заложниками, у меня возникла ситуация, которая требовала консультации со специалистами. Я начал общаться с психологами и с теми, кто занимается социальной поддержкой такого рода людей. Стало понятно, что это больше про медицину. А я не хотел уходить в патологию. Потому как для меня все эти люди здоровые и живые.

Их судьба так сложилась, они вынуждена с этим жить. И я, и все мы понимаем, что это событие не вычеркнуть из нашей памяти. Вопрос в том, что крайне важно про них помнить, о них говорить и включать их как-то в наш современный мир.

С: А нужно ли им это?

ИИТ: Очень по-разному. Есть люди, которые отказывались со мной общаться. Они говорили о том, что хотят максимально об всём забыть и подчеркивали, что это важно именно для того, чтобы переработать тот опыт. Кому-то же, чтобы справиться с болью, наоборот, о событиях нужно помнить. Как раз они мне очень помогали. Знаете, я наблюдал такие вещи, когда очевидцы очень подробно, во всех деталях расписывали 2002 год. Они буквально живут в нём по сей день. А все последующие годы для них – какие-то размытые слова и фрагменты.

С: В чём, на ваш взгляд, причина «Норд-Оста»?

ИИТ: Тут мы с вами вступаем на поле политической дискуссии. Я думаю, что причина – внутренний конфликт в стране. Как мы знаем, это было военное время. На тот момент шла уже вторая чеченская кампания. Мне не хочется оправдывать мотивы террористов, но многие люди вспоминают о том, что захватчики говорили им – пока вы ходите в театр, у нас идёт война. Ещё раз подчеркну, что мне совершенно не хочется оправдывать их действия, у меня нет такой цели. И вообще картина, конечно же, не об этом. Но важно было зафиксировать то состояние, когда люди живут в ситуации войны, а мы здесь этого не чувствуем.

Мне самому в тот момент было почти 12 лет.  Я очень хорошо помню это время, своё детство. У меня не было ощущения, что идёт какая-то война. Кажется, что именно это послужило главной причиной той и многих других трагедий.

С: Иван, на какую тему вы не готовы снимать фильмы? Что для вас как для режиссёра табу?

ИИТ: Думаю, таких тем у меня нет. Потому что каждый раз, когда я себе говорю, что чего-то не буду делать, это в итоге происходит. Например, я когда-то сказал, что никогда не буду делать экранизацию литературного произведения. Для любого режиссёра это путь в никуда, считал я. В большинстве случаев первоисточник будет сильнее.

С: Ну вот тут можно поспорить.

ИИТ: Да, соглашусь (смеётся – прим. автора).

С: Так что, ваша картина «Наводнение» будет лучше?

ИИТ: Посмотрим. Случилось вот, что сейчас я занимаюсь Евгением Замятиным.  Мне действительно интересно сделать хорошую, полноценную экранизацию. Год назад я даже думать не мог об этом. Так что у меня совершенно нет таких вещей, которые я могу себе запретить.

С: Как вы считаете, мы когда-нибудь узнаем всю правду о «Норд-Осте»?

ИИТ: Когда-нибудь, наверное, да. Но тут я хочу подчеркнуть очень важную вещь – этим должны заниматься журналисты, а не кинорежиссёры. Если вы ждёте людей, которые будут делать свои высказывания, касающиеся правды, на экране, я не очень уверен в результате.

Например, в прошлом году вышла прекрасная документальная картина Катерины Гордеевой про Норд-Ост. Это абсолютно классная журналистская история. Там вместе с очень важными воспоминаниями показана фактология, которая далеко не у всех и не во всём совпадает.

С: Не боитесь ли вы, что у неподготовленной аудитории фильм «Конференция» вызовет сопротивление и отторжение?

ИИТ: Для меня крайне важно, если человек обратит внимание на фильм и посмотрит его. Вот в чём главная задача. А то чувство, которое картина вызовет у зрителя, меня, к сожалению, уже никак не касается.

С: Что для вас важнее – отношения профессионального сообщества или простых зрителей?

ИИТ: В какой-то момент мне это всё стало не важно. Проходит время, моё кино никто не вспоминает, я живу и снимаю дальше. Я делаю кино для себя.

С: Что из вашего фильма зрители фестиваля в Венеции поняли?

ИИТ: Многие, с кем мы общались после просмотра, говорили, что помнят то время. Помнят, как следили за новостями и сопереживали. Ну, то есть, люди знали, что идут смотреть фильм о какой-то трагедии, но всё оказалось гораздо глубже. Отчасти эта история стала и их воспоминаниями тоже, и меня это очень поразило.

С: Получается, что по реакции в Венеции можно считать, что в определённой степени вы добились того, чего хотели?

ИИТ: Я добился того, что кино вышло на экраны и живёт своей независимой, самостоятельной жизнью. Это моя главная цель.

«Синемания». Эфир от 02.10.2020 г. Гости — Иван И. Твердовский и Филипп Юрьев

Киты, Чукотка и любовь. В чём залог успеха дебютного фильма Филиппа Юрьева?

Сразу два лауреата «Кинотавра‑2020» стали гостями нового выпуска «Синемании»

Екатерина Тимошенко
Поделиться
Коронавирус
Эксклюзив
Экономика
Здоровье
Криминал
Туризм
Внимание, дорога!
Выборы 2021
Соцсети
Афиша
Общество
Спорт
О нас
0 / 0
Load...
Поделиться